Помогите я хочу помочь умирающему

Центр универсальной йоги Ом-Саттва – Советы умирающего

СОВЕТЫ УМИРАЮЩЕГО

Просьба не читать тем, кто уверен, что будет молодым, здоровым и счастливым до самой смерти.

Так случилось, что я оказался здесь, в Ялтинской больнице, совсем один.

Но я увидел – одиночество это иллюзия.

Самая опасная иллюзия, которая в нас успешно поддерживается.

Потому что мы, все мы, НЕ УМЕЕМ БЫТЬ РЯДОМ.

И с живыми, и с УМИРАЮЩИМИ.

—————————

Я писал это в перерывах между приятными занятиями – вынести какашки за лежачим, помочь повернуться в постели бабушке с гнойными пролежнями, подержать за руку умирающего, поговорить о погоде за окном с тем, кто еще может говорить, просто посидеть рядом с тем, кто замолчал.

Я пришел сюда сам, с готовностью умереть, но оказалось, что я практически симулянт, рядом с болью одиноких, совсем брошенных людей. Причем У ВСЕХ жены, любовницы, друзья, приятели, дети, родители, сослуживцы, служители культа и налоговые инспектора.

Но они БРОШЕНЫ, потому что никто не слушает СОВЕТОВ УМИРАЮЩЕГО.

УМИРАЮЩИЙ говорит с нами тихим голосом.

Учит нас.

Помогает нам, молодым, сильным, здоровым…

И показывает нам – КТО МЫ НА САМОМ ДЕЛЕ

—————————

Я не буду умничать.

К сожалению, я знаю слишком много разных  слов, идей и понятий.

Я даже “перегружен” знаниями, и традиционной медицины, и множества эзотерических учений. Но оказалось, что все это – лишнее. Все знания мира – обман и мусор, если они не научили Вас действовать перед лицом смерти.

А ДЕЙСТВОВАТЬ нас с Вами никто не учит!

Нас “грузят” ненужными знаниями, создавая бессильных рассуждателей, телезрителей, членов политических партий, потребителей, продающих лозунги, приверженцев брендов.

Воспитывать СОЗИДАТЕЛЕЙ, сильных и самодостаточных, и трудно, и опасно.

Нет в мире вокруг нас школы СИЛЫ, академии ЖИЗНИ, и только перед лицом смерти начинаешь догадываться, что нас, в нашем детском неведении и обидах, просто не учат главному.

Так что же главное?

Хотите узнать?

Тогда ложитесь рядом со мной, на соседнюю койку и ПРОСТО СЛУШАЙТЕ.

УМИРАЮЩИЕ нам все расскажут…

А я просто превратил в текст этот тихий голос.

Извините, текста много.

Но это не все, это самая малость из великой науки БЫТЬ ВМЕСТЕ ДО КОНЦА, которой нас с вами никто не научил.

—————————

СОВЕТЫ УМИРАЮЩЕГО. СЛИШКОМ ДЛИННОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ

Все это – очень непросто.

Слово-лечит.

Слово-убивает.

Мы слышим это постоянно.

А мы знаем, сколько мы убили?

А сколько спасли?

Нет. Не знаем.

Отравленные стремлением к вечной молодости и красоте, к силе, воплощенной в деньгах, отвернувшиеся от неизбежной смерти, мы кое-что подзабыли.

Самую малость – источник жизни в каждом из нас.

Самое простое: лекарство – это мы.

—————————

Итак, близкий Вам человек в больнице.

Надеюсь, любимый человек.

Он, возможно, там умрет и он это ЧУВСТВУЕТ.

Вам страшно?

Вам очень повезло!!!

Не спешите возмущаться.

Вы поймете….

—————————

Что же нужно умирающему?

Б….! Это так просто!!!!!

Улыбки.

Радость.

Доброе, позитивное внимание.

Солнце, которое вы приносите.

Все, что дает силу и радость жить.

От Вас, от ЗДОРОВЫХ, нужны сигналы: там, за пределами этого скорбного места, бурлит жизнь, которой я нужен.

Миф: если неприятно иметь дело со смертью, то лучше этого избегать.

Некоторые люди извиняют свой отказ увидеться с умирающим человеком фразами типа – «Я ненавижу больницы» или «Я хочу помнить N такой, какой она была». Это говорит о том, что для Вас дискомфорт более важен, чем последние желания умирающего человека».

“Вы несете ответственность” – пишет Калланэн. “Если кто-то играл положительную роль в Вашей жизни, этот человек заслуживает Вашего внимания, поскольку его или её жизнь заканчивается. Я видела, как, к сожалению, слишком многие люди умирают опустошенными, ожидая кого-то, кто так и не пришел”.

Как сказать последнее «Прощай» умирающему человеку

How to Say Good-bye When Someone You Love Is Dying

Как проститься с умирающим родственником или другом, понимание того – что, как и когда сказать, не приходит к большинству взрослых людей просто так. Ирония состоит в том, что все такие разговоры сводятся, в конечном счете, к тому же, что люди хотят услышать в любое время их жизни: искренние слова утешения и любви.

Здесь, люди, кто имел опыт прощания делятся тем что, как они чувствовали, было хорошо и тем, о чём они жалеют, что они не сделали по-другому.

Урок № 1: не ждите до последней минуты

Трудно сказать «Прощай», но откладывание прощания является, возможно, самым главным источником последующих сожалений. Снова и снова семьи просят, чтобы медсестра массачусетского хосписа Мэгги Калланэн сказала им, когда приблизительно наступит заключительный момент, чтобы они могли попрощаться. Это опасно, говорит она, потому что невозможно предсказать последний вздох. “У умирающих людей есть странная способность выбрать момент смерти, и им весьма свойственно беречь тех, кого они любят больше всего или, может быть, они чувствуют себя защищёнными до тех пор, пока те люди не покинут комнату” говорит автор книги «Final Journeys: A Practical Guide for Bringing Care and Comfort at the End of Life» которая присутствовала при более чем 2000 смертей.

“Я чувствовал себя обманутым, потому что я был так настроен быть там с нею – и она умерла, когда я выбежал в таулет” рассказывает мужчина из Северной Каролины о смерти его матери. “Мне хотелось бы потратить меньше времени, сосредоточившись на том, чтобы удостовериться, что она не будет умирать одна, и больше времени – говоря ей о том, что она значила для меня”.

Огромное значение имеет окружающая обстановка. Пространство вокруг умирающего должно быть наполнено прежде всего Любовью и безусловным принятием.

Качества, необходимые для сопровождающего: Любовь, Сострадание, Умиротворение, Забота, Преданность умирающему и Открытость.

Не старайтесь быть слишком мудрым: не тратьте время на то, чтобы сказать глубокое. Вам не нужно что-то делать или говорить, чтобы улучшить ситуацию. Просто присутствуйте здесь настолько полно, насколько можете. А если вы чувствуете сильную тревогу и страх и не знаете, что делать, прямо признайтесь в этом умирающему и попросите его о помощи. Такая честность сблизит вас и умирающего и приведет к более свободному общению. Иногда умирающие гораздо лучше нас знают, как им можно помочь, и нам нужно знать, как воспользоваться их мудростью и позволить им передать нам то, что они знают. Сесили Саундерс просит нас помнить, что когда мы находимся с умирающим, не только мы должны давать. «Раньше или позже, но все, кто работает с умирающими, осознают, что получают больше, чем дают, встречая выдержку, отвагу и часто юмор. Об этом нужно сказать… ». Подтверждение того, что мы узнаем в них отвагу, часто может вдохновить умирающих.

Я также обнаружил, что мне помогает, когда я помню о том, что этот умирающий человек, всегда, где-то внутри сам по себе хороший. Какие бы ни возникали эмоции и ярость, каким бы шокирующим или ужасающим ни было их проявление в данный момент, сосредоточение на этом – на том, что он внутренне хороший – даст вам возможность управлять собой и перспективу, необходимые, чтобы оказать ему всю помощь, какую вы только сможете. Так же, как и при ссоре с хорошим другом, вы не забываете о лучших сторонах этого человека, то же самое делайте и по отношению к умирающему. Не судите их по эмоциям, которые возникают, какими бы они ни были. Такое принятие с вашей стороны освободит умирающего, позволив ему настолько не подавлять себя, насколько ему это может быть нужно. Обращайтесь с умирающим так, как будто он и сейчас такой же, каким иногда был: открытый, любящий и щедрый.

На более глубоком, духовном уровне, мне очень помогает понимание того, что умирающий имеет истинную природу будды, неважно, осознает это он сам или нет, и потенциальную возможность полного просветления. По мере того, как умирающий приближается к смерти, эта возможность во многих значениях все возрастает. Поэтому они заслуживают еще больше любящей заботы и уважения.

Говорить правду

Меня часто спрашивают: «Говорить ли людям, что они умирают?» И я всегда отвечаю: «Да, с наибольшим спокойствием, добротой, чувствительностью и как только возможно более искусно». На основе моего многолетнего опыта посещений больных и умирающих, я согласен с Элизабет Кюблер-Росс, которая видела, что «большинство, если не все из этих пациентов, все равно это знают. Они чувствуют это в изменении внимания, оказываемого им, по тому новому, иному подходу, с которым к ним начинают относиться окружающие, по понижению их голосов или тому, что они особенно стараются не шуметь, по заплаканному лицу родственницы или зловещей тени на мрачном лице родственника, который не может спрятать своих чувств».

Я часто обнаруживал, что люди инстинктивно знают, что они умирают, но полагаются на то, чтобы другие – их врач или любимые – подтвердили это. Если они этого не делают, то умирающий может посчитать, что его родные не в состоянии справиться с такой вестью. И тогда умирающий тем более сам не сможет осилить это. Такое умалчивание, нехватка честности только заставит его чувствовать себя еще более изолированным и тревожным. Я считаю, что существенно важно говорить умирающему правду: он как минимум этого заслуживает. Если умирающим не говорят правду, как они могут подготовиться к смерти? Как они смогут привести взаимоотношения своей жизни к их истинному заключению? Как они могут позаботиться о множестве практических дел, которые они должны решить? Как они могут помочь жить дальше тем, кто остается жить?

С моей точки зрения, как занимающийся духовной практикой, я верю, что умирание предоставляет людям величайшую возможность примириться со всей своей собственной жизнью; и я видел, как многие люди используют эту возможность самым вдохновляющим образом, чтобы преобразить себя и приблизиться к своей собственной глубинной истине. Поэтому, когда мы, с добротой и чувствительностью, как можно раньше говорим людям, что они умирают, мы в действительности даем им возможность подготовиться, проявить свои собственные силы и смысл своей жизни.

— Так неужели не нужно бороться за свою или жизнь близкого, если ты знаешь, что дни сочтены?

— Наша медицина своей задачей считает, во что бы то ни стало продлить жизнь умирающего, искусственно оттягивая час кончины всякими аппаратами. А хоспис работает на принципах паллиативной медицины. Смерть мы воспринимаем как естественный процесс, который нельзя тормозить или ускорять, так как важно не количество, а качество прожитых дней. Человек должен найти ценность в том, что он сделал, понять смысл прожитого, и мы помогаем ему в этом, облегчая душевную боль, даря любовь и дружескую поддержку. Вместе с больным мы проходим через стадии отчаяния, депрессии, агрессии, когда он узнает, что должен умереть, пока не наступит момент принятия и примирения.

— А как можно облегчить душевные страдания больного, который знает, что скоро «уйдет»?

Иногда человек болеет долго, и если он тогда окружен любовью, заботой умирать легко, хотя больно… Но очень страшно, когда человек окружен людьми, которые только и ждут, как бы он умер: мол, пока он болеет, мы пленники его болезни, мы не можем отойти от его койки не можем вернуться к своей жизни, не можем радоваться своим радостям; он, как темная туча, висит над нами; как бы он умер поскорее… И умирающий это чувствует. Это может длиться месяцами. Родные приходят и холодно спрашивают: Ну как тебе? ничего? тебе что-нибудь нужно? ничего не нужно? ладно; ты знаешь, у меня свои дела, я еще вернусь к тебе. И даже если голос не звучит жестоко, человек знает, что его посетили, только потому что надо было посетить, но что его смерти ждут с нетерпением.
А иногда бывает иначе. Человек умирает, умирает долго, но он любим, он дорог; и сам тоже готов пожертвовать счастьем пребывания с любимым человеком, потому что это может дать радость или помощь кому-то другому. Я позволю себе сейчас сказать нечто личное о себе.
Моя мать в течение трех лет умирала от рака; я за ней ходил. Мы были очень близки, дороги друг другу. Но у меня была своя работа, я был единственным священником лондонского прихода, и кроме того раз в месяц должен был ездить в Париж на собрания Епархиального совета. У меня не было денег позвонить по телефону, поэтому я возвращался, думая: найду я мать живой или нет?.. Она была жива, какая радость! какая встреча!.. Постепенно она стала угасать. Бывали моменты, когда она позвонит в звонок, я приду, и она мне скажет: Мне тоскливо без тебя, побудем вместе. А бывали моменты, когда мне самому было невмоготу. Я поднимался к ней, оставляя свои дела, и говорил: Мне больно без тебя. И она меня утешала о своем умирании и своей смерти. И так постепенно мы вместе уходили в вечность, потому что когда она умерла, она с собой унесла всю мою любовь к ней, все то, что между нами было. А было между нами так много! Мы прожили почти всю жизнь вместе, только первые годы эмиграции жили врозь, потому что негде было жить вместе. Но потом мы жили вместе, и она меня знала глубоко. И как-то она мне сказала: Как странно: чем больше я тебя знаю, тем меньше я могла бы о тебе сказать, потому что каждое слово, которое я о тебе сказала бы, надо было бы исправлять какими-нибудь дополнительными чертами. Да, мы дошли до момента, когда знали друг друга так глубоко, что сказать друг о друге ничего не могли, а приобщиться к жизни, к умиранию и к смерти могли.
И вот мы должны помнить, что каждый умирающий в таком положении, когда какая бы то ни была черствость, безразличие или желание наконец бы это кончилось невыносимы. Человек это чувствует, знает, и мы должны научиться преодолевать в себе все темные, мрачные, скверные чувства и, забывая о себе, глубоко задумываться, вглядываться, вживаться в другого человека. И тогда смерть делается победой: О смерть, где твое жало?! О смерть, где твоя победа? Воскрес Христос, и мертвецов ни один во гробе…

— Правда ли, что люди, когда узнают о болезни, стараются сделать все, что не успели в жизни?
— Я думаю, это преувеличение. Человек часто до последнего отвергает болезнь. Особенно когда молод, он поздно осознает катастрофу. Родители больных детей часто не хотят понимать. Даже уже в хосписе говорят — мы тут случайно, у нас все будет хорошо…

— Но бывает же, что все кончается хорошо?
— Да. Иногда бывает.

— Преодоление страха смерти всегда идет по этой схеме: отрицание- принятие- примирение?

— Если подумать, к нам поступают люди подготовленные. Они уже столько болели и лечились, получили такое количество информации. И все эти страхи они переживали, когда еще только обследовались. Самый тяжелый шок — когда тебя впервые отправляю к онкологу. Вот этот шок они переживают там. Эту агрессию, это отторжение. А к нам люди попадают в состоянии такой «второй волны» переживаний, она уже не такая острая.
Почему-то инфаркта или инсульта не так боятся, а ведь после инсульта люди лежат годами, не могут говорить, но никто не боится инсульта, а все боятся рака. Хотя на ранних стадиях многие виды рака излечимы.

Хм, даже если во Франции сказали что шансов нет (как я поняла) , то вряд ли что-то получится. Трансплантация, это наверно чуть ли не первый возможный вариант, который был предложен. Но орган обычно нужно ждать. Не знаю всех подробностей, но возможно у него есть какое-то сопутствующее заболевание, при котором пересаженное сердце функционировать не будет, будет отторжение. Это очень серьезная ситуация. Нужно знать все мелочи и быть очень хорошим врачем, я таким не являюсь, просто предполагаю именно эти варианты. Не просто так же отказали во Франции.

У него нет дома, нет друзей.

Падая со скалы,

Он входит в незнакомый лес.

Уносимый порывами ветрам, волнами океана,

Он не чувствует твердой почвы под ногами.

Он вступает в великую битву.

Гонимый с места на место,

Он одинок и беспомощен.

Окружите его своей любовью».

Выдержка из «Тибетской книги мертвых», предназначенная для чтения вслух, адаптировано Жан-Клодом ванн Италли.

Какая благоприятная возможность нам предоставляется – знакомить человека с Иисусом Христом и самому, самому верить в Него! Вуди Аллен – комедийный актер -страдал танатофобией *. И когда его собеседник однажды заметил ему, что Аллен уже снискал себе бессмертие своим успехом, Вуди ответил: «Кого интересует бессмертие успеха? Я бы предпочел собственное».

Билли Грэйам, с другой стороны, в своей книге «Ангелы» приводит свое понятие будущего и ожидания смерти. Он надеется, что будет пребывать с Иисусом Христом и встретится с Ним лицом к лицу. Он рассчитывает также встретить в будущей жизни своих умерших родственников и друзей. Некоторые, узнав, что существует иная жизнь, начинают крайне бояться смерти. Однако такой страх исчезнет, ему не 1 останется места – если вы только поверите во Христа и во всем будете следовать Ему.

* Танатофобия – страх смерти. (Прим. перев.)

Само размышление о смерти в то время, как мы находимся пока еще в добром здравии, позволяет нам лучше использовать свои возможности, свое время и силы,- ведь наше странствие по земле столь недолго. Мы в любой момент можем подвергнуться смертельной опасности, и нам следует постоянно помнить, что за все придется дать свой ответ. Без веры найти разумное объяснение феномену смерти невозможно, и именно поэтому атеизм смотрит на смерть как на обычное забвение и деструкцию. Однако, если правы люди, утверждающие, что они видели жизнь после смерти, то в этом случае мы ставим свою жизнь на проигрышную карту. Получается, что это вовсе не безопасно – умирать.

<<<< || >>>>

Adblock
detector
Наверх