Для чего нужны дети

когда ребенок становится учителем родителей

Значение семьи

Для чего нужны дети

Для каждой пары, решившей обзавестись ребенком, как правило, существует своя внутренняя мотивация, причем не всегда ее характер позволяет ребенку вырасти счастливым. Само желание родить ребенка может возникнуть совершенно неожиданно и быть спровоцированным самыми разными факторами.

Кто-то в детстве или в подростковом возрасте оставался с детьми родственников и из этого опыта вынес желание иметь своих детей, для кого-то примером становится подруга, удачно родившая здорового ребенка, а кто-то бережно хранит воспоминания о собственных родителях и хочет стать такой же мамой или таким же папой.

– стремление продолжить себя, свой род (оставить после себя что-то в жизни, что само также будет это продолжение обеспечивать – рожать детей, моих внуков, правнуков и т.п.);

– реализация своих возможностей (воспитать ребенка, передать ему свои знания, жизненный опыт, научить, и т.п.);

– компенсация своих жизненных проблем (чтобы стал лучше, умнее, красивее, счастливее меня, получил то, что не смогла получить в жизни я);

Но все это в итоге повлияет на ребенка благотворно – ему сложно быть счастливым при «хронически несчастной» маме!

Перфекционизм и ребенок

Родительский перфекционизм – еще одна проблема для гармоничного развития ребенка.  Для чего нужны дети родителям-перфекционистам? Для того, чтобы они были лучшими!  А если мама с папой сами всегда стремятся к максимально возможным достижениям, то горе ребенку, который не может или просто не хочет добиться того, чего хотят от него родители!

Как вариант, случается и такое, что мать видит собственное материнство как единственную область деятельности, где можно добиться успехов, стать «самой лучшей матерью» в глазах общества и себя самой. Не заладилась карьера или не удалась личная жизнь – зато я идеальная мама! Вот для этого и нужны дети!

Дети – это капитал (причем не только материнский), при должном подходе они вполне могут приносить прибыль. Не верите? Посмотрите повнимательнее на мать семейства Кардашьян – Крис Дженнер. Бывшая светская львица переквалифицировалась в бренд-менеджеры семьи и получает 10 % от общих доходов. «Кто знал, что это будет так выгодно? Я должна была иметь больше детей!» – открытым текстом заявила Крис в интервью The Hollywood Reporter (прим. Woman.ru: она не лукавит, когда говорит, что это выгодное занятие. Пару лет назад годовой доход семьи Кардашьян, в которой, к слову, детей шестеро, оценивался в 65 млн долларов).

Реализовать собственные амбиции

Мне захотелось написать эту статью, потому что в определенный момент я почувствовала, что уловила это «зачем?». Более того, мне кажется, что во многих родителях это есть (а может быть, даже в каждом), просто нам никто про это не говорит. Никто не рассказывает о том, какая причина самая важная, зачем стоит рожать и воспитывать ребенка. Ведь и нас в свое время рождали и воспитывали для решения каких-то родительских задач. И теперь нам трудно жить своей жизнью, и мы насыщаем ее проблемами и задачами своего ребенка, теряя свою жизнь и не давая ребенку определиться в своей.

Я полагаю, что нам нужны дети для того, чтобы разделить с ними жизнь. То есть не для того, чтобы дети могли решить наши важные проблемы и задачи, а для того, чтобы мы могли поделиться с ними своими переживаниями, сказать ему или ей: «смотри, вот это мир, я в нем живу, и он очень интересен». Показать росу на траве, рассказать о птицах, о дружбе, о любви. Нам важно передать другому свои чувства и переживания. Нам важно передать ребенку свои впечатления об этом мире. Здорово, когда эти впечатления и переживания позитивные, но и горести и беды нам важно проживать вместе, потому что мир только в этом случае будет восприниматься ребенком полноценно.

То же можно сказать и об отдельных конкретных действиях.

Действие, совершаемое под влиянием истинного, обоснованного чувствами желания, всегда оказывается намного более эффек­тивным и результативным, нежели то, которое движимо исклю­чительно чувством долга.

Почему так происходит, понять нетрудно. Эмоции, в сущно­сти, и есть наша живая энергия, которую мы вполне способны претворить в реальные действия. Долг же — чисто интеллекту­альная конструкция, вытекающая из всяческих социальных уста­новок, запретов, предписаний и пр.

Впрочем, иногда выражение «я должен» служит всего-навсе­го заменой какого-то определенного «я хочу». Например, гово­рит человек, что он должен заботиться о своей тете. И не то, что­бы он ее очень любил, и не то, чтобы она ему наследство обещала, а вот поди ж ты должен, и все! При внимательном рассмотре­нии вполне может выясниться — он просто хочет, чтобы о нем говорили как о человеке исключительно благородном, с золотым сердцем. Нормальное желание, ничем не хуже любого другого. Так что ему мешает, заботясь о престарелой тетушке, исполнять это свое желание, а нс какой-то мифический долг?!

Правда, существует и еще одна категория действий, которые мы совершаем, говоря, что должны. Это — ситуации, описывае­мые известной поговоркой «Любишь кататься — люби и саночки возить». Речь в данном случае на самом-то деле тоже идет совсем не о долгах, а просто о плате за что-то. что получить нам хо­чется, но без дополнительных усилий это невозможно. Усилия- то мы, конечно, прилагать не хотим, но приходится… Вы хотите быть начальником? На здоровье! Только в обмен на этот статус у

вас возникает необходимость (долг, обязательство — как вам по­нравится) совершать огромное количество очень обременитель­ных действий. Но вы не должны их выполнять — можете просто сложить с себя полномочия. Извините за банальность — за все нужно платить. Даже саночки возить необязательно — можно просто отказаться от катания на них.

Проще говоря, если под каким-то своим «долгом» вы после длительных размышлений не обнаруживаете ровным счетом ни­какого настоящего желания, вам придется смириться с тем, что, скорее всею, он исполнен не будет — можно даже и не начинать терзаться по этому поводу. И произойдет это потому, что для со­вершения необходимых действий просто нет достаточной энер­гии. Конечно, если исполнение такого священного, но «бесчувст­венною» долга не требует никаких серьезных усилий, то, вполне возможно, что-то вы и сделаете…

Можно, конечно, страшно возмутиться: а как же, скажем, де­нежные долги? Тоже можно не отдавать? Тут своя специфика. Как может звучать просьба дать деньги в долг? Это ведь в любом случае будет вариацией на тему: «Дай мне, пожалуйста, взаймы». Так вот, в этой фразе изначально содержится ваша готовность на определенные условия: вы сообщаете, что просите деньги не на­всегда, а на время, и по истечении этого времени обещаете вер­нуть. Возникает вполне определенная договоренность. Если же ее изначально нет — как, кстати, и бывает в случае всяческих «долгов» в межличностных отношениях, — то откуда может взяться необходимость что-то отдать?

Представьте себе родителей, которые постоянно напоминают своим детям: мы, дескать, вам все отдавали, жизнь положили на то, чтобы вас вырастить — следовательно, вы перед нами в долгу. Или даже вслух не говорят, но подразумевают. Но будем откровенны — откуда здесь может взяться долг?! Разве дети просили их рожать? Просили что-либо для них делать? Разве был у детей выбор — взять предлагаемое или отказаться? Разве перед тем, как их рожать, с ни­ми оговаривали условия — мы вам дадим жизнь, а вы нам потом за это вернете то-то и то-то? Разве дети на эти условия соглашались? Нет уж, дорогие родители, давайте договоримся: жизнь и воспита­ние мы детям дарим. Да и то еще вопрос — детям ли? Разве мы дела­ем это не по собственному желанию и не для себя?

Следующее привычное возражение на наше представление о счастье обычно звучит так: «Делать все, что мы хотим, невозмож­но». А мы и не говорим о том, что счастливый человек делает все, что хочет. Если он одновременно хочет и есть, и спать, то по оп­ределению сделать и то, и другое сразу он не сможет. Но какое бы из этих двух желаний он ни выбрал, он ведь все равно будет де­лать то, что хочет. Разве нет? Речь-то идет о том, что счастли­вый человек делает только то, что хочет.

Хорошо, скажете вы, — но ведь, к сожалению, мы всегда хо­тим больше, чем можем. Удивительно удобная фраза! Она позво­ляет нам не слишком напрягаться в достижении желаемого — и одновременно чувствовать себя благородными страдальцами пе­ред лицом безжалостной судьбы. Правда, именно эта фраза и за­ставляет нас мучиться потому, что мы не можем получить того, чего якобы «хотим больше всего на свете».

Но так ли все это на самом деле? И правильно ли мы обраща­емся с самим словом «хочу»? Ведь в языке существует много других аналогов — «хочется», «хотелось бы», «было бы непло­хо», «мечтаю» и т. д. Нетрудно заметить, что все они имеют не­сколько иной смысл, чем простое и ясное «хочу». Некоторые из этих слов не обозначают, кто именно хочет (как, например, без­личное «хочется»), другие намекают, что «хочу» действует толь­ко при определенных условиях (условное наклонение «хотелось бы»). А такие, например, слова, как «мечтаю», «надеюсь» и про­чие в том же роде говорят только о наличии некоего исключи­тельно привлекательного образа желаемого результата и никак не подразумевают готовности потратить на его достижение необходимое количество энергии. Обозначают такие слова обыч-

Лицензия

музыка взята вот здесь

Adblock
detector
Наверх